Эту статью написал Владимир Берестнев, долгое время работавший главным инженером Урюпинской ПМК-113. И всю жизнь интересовавшийся историей родных мест. Владимир Алексеевич умер в октябре 2022 года. Пусть сегодняшняя публикация напомнит об этом замечательном человеке, в чьих воспоминаниях сомневаться не приходится.
В начале 1970 года ПМК-113 получила проект на строительство за государственный счет пруда на территории колхоза «Восход» станицы Луковской Нехаевского района. Дело это серьезное — к работе приступили с весны, пригнали на объект большие скреперы на базе челябинских тракторов, и, как говорится, дело пошло.
Местный колхоз особенно не беспокоили, разве что питались в столовой. Жили трактористы в своем вагончике, дизельным топливом, маслами и железками ПМК обеспечивала свою технику самостоятельно. В один из дней на стройплощадку подъехал руководитель хозяйства с помощниками. Посмотрев на работу невиданных для колхоза скреперов, позвал в машину для поездки в правление. Прихватив проект, двинулись на центральную усадьбу.
Луковская расположена рядом с поймой на нескольких глубоких распадках, стекающих к Хопру. Живописные места, утопающие в зелени дворы и дома. В центре красовалась старинная церковь — правда, уже с полуразрушенными куполами. Одним из больших недостатков станицы была главная дорога от центральной мастерской и зерноскладов на бугре в саму Луковскую. Летом еще можно спокойно спуститься на автомашине вниз и подняться наверх, к хозяйственным постройкам и другим колхозным бригадам. А вот в осеннюю или весеннюю слякоть без трактора не обойтись. Колхоз за свои средства как-то защебенил эту дорогу, но большие и современные по тем временам трактора типа К-700 или МТЗ-80 эту же дорогу разрушали, оставляя глубокие колеи, машинам там делать уже было нечего. Никакие увещевания трактористов с просьбами меньше разрушать дорогу не помогали — на то, чтобы приехать домой на ночную стоянку или просто пообедать, механизаторы разрешения не спрашивали.
Нарисовав общую тягостную картину, Иван Петрович показал на церковь. Дескать, выручай — твои молодцы враз ее сокрушат, всё вывезут на дорогу, вот тогда заживем! Естественно, я от этой затеи отказался, церковь — это не сто кубов земли, которые можно перевезти с места на место, как мыслил Иван Петрович, это громадина с пятиэтажный дом в самом центре станицы. Чувствуя, что меня просто так не уговорить, пригласили съездить еще куда-то. Я, молодой и малоопытный в таких делах, согласился. Привезли к Хопру. Ну, думаю, будут просить о его пересыпке. Нет, в лодке поплыли на остров. А там уже накрыт стол — ну, думаю, тут меня и оставят, пока я им церковь не пообещаю сломать. Уха, море водки и огородной снеди. Слава Богу, выпивкой не увлекался, о чем-то разговаривали, но не сдался, отказался, сославшись на слышанную однажды где-то историю о печальной кончине тех, кто разрушал храмы.
Прошло время, пруд мы достроили, собирались перегонять технику в соседнюю Верхнюю Речку, там тоже надо было строить пруд на другой балке. Снова приехал Иван Петрович, подписал документы об окончании работ и опять затеял разговор о церкви. Ее к тому времени уже взорвали военные саперы из Урюпинска, большую часть битого кирпича и щебенки самостоятельно вывезли на дорогу к мастерской, и председатель попросил зачистить скреперами остатки территории бывшего храма. На несколько дней я задержал технику по прямому договору с колхозом — подчистили, спланировали злосчастную дорогу к мастерским и расстались с хозяйством.
Приезжая сюда после уже по другим водохозяйственным делам, увидел — на месте церкви построена школа. Будто другого участка не нашлось, но винить в этом Ивана Петровича, конечно, было нельзя: все архитектурные задумки решались даже не на районном уровне, а на областном. Да и старого председателя уже нет — работает главным механиком в дорожной организации соседнего Калачеевского района Воронежской области. Расспрашиваю у нового председателя колхоза про дорогу, уже закатанную в асфальт: как дела, помогла ли дорога из разрушенной церкви станице и колхозу? Оказывается, нет, говорит, по ней, асфальтированной, еще быстрее убегать стали из деревни в город.
В середине 80-х годов мы построили в луковском колхозе прекрасный орошаемый участок площадью 600 гектаров: водозабор из Хопра с бассейном и чешским оборудованием насосных станций, смонтировали современные дождевальные машины по американской технологии. Как говорится, живи и радуйся, работай, не ленись, получай урожай и корми живность! Но нет, что-то не так пошло. Участок запустили, специалистов не нашлось, оборудование растащили, трубы диаметром почти в полметра сдали в металлолом. Да, а Иван Петрович, царство ему небесное, умер, не дожив до пенсии. И кто знает, разрушенный храм ускорил его смерть или что-то другое, но не зря поговаривают — на святое не надо покушаться, до добра не доведет. Хотя и особенной вины председателя нет: в те годы рулила, конечно, партия, спрос с нее.
Увидев наш работающий на водопроводной сети экскаватор, директор откормсовхоза «Тишанский», видимо, следуя Ивану Петровичу, а скорее тогдашнему первому секретарю Нехаевского райкома, замахнулся на церковь в своей станице, но мы отказались, и что-то его остановило, тем не менее и он тоже не дожил до пенсии — за свои крамольные мысли, похоже.
НА СНИМКЕ: так выглядел до революции храм в станице Луковской Хоперского округа.
