16+
  • $:57.6527
  • €:69.0737
Вт 9 сентября, 06:44, +2°C, ясно

Хирург от Бога

Таким помнят жители нашего города заслуженного врача РСФСР Василия Фёдоровича Жогова, в честь которого названа Урюпинская центральная районная больница. В этом году ему исполнилось бы 100 лет.Вряд ли кто из молодых урюпинцев знает, где находится Жоговский пляж, и уж точно они не в курсе, откуда его название. А вот те, кто постарше, даже гостей города туда отправляют, убеждая, что на «жоговском чище песок», больше тени и глубже Хопер. Одна здешняя жительница, рыбачка со стажем, как-то сказала: «Почти полвека хожу именно туда, потому что в том месте аура особенная».
Те, кто много лет прожил в городе, очень подробно перескажут историю, связанную и с пляжем, и с фамилией. Урюпинский хирург Василий Фёдорович Жогов, которого не стало в 2004 году, оставил после себя добрую память, запечатленную благодарными потомками не только в названии места на Хопре, но и в имени больницы, где он работал шестьдесят лет.
О РОЛИ СЛУЧАЯ
Жоговским пляж назвали еще в конце сороковых. В наш город в конце войны приехал выпускник Воронежского мединститута Василий Жогов, «специалист врачебного дела» согласно записи в дипломе. Тогда и возложили на него ответственность — работать за двоих, а то и за троих в хирургическом отделении, утвердив областным отделом здравоохранения одновременно в должности главного врача райбольницы на 200 коек.
Начинающий врач никому не задавал вопросы о величине своей зарплаты, тем более об отпуске. Время было трудное для всех — что для земледельца, что для пекаря, хирурга или медсестры… Летом Василий Жогов вынужден был урывками оздоровливаться купанием в Хопре. Он понимал: у операционного стола со скальпелем в руках должен стоять человек крепкий, совершенно здоровый. От него зависит судьба пациента. Но как отошедшего на часок врача отыскать, случись срочная операция или поступит тяжелый больной? В приемном отделении больницы был тогда один стационарный телефонный аппарат да штатная рабочая лошадь с тележкой. Вот и условились: если понадобится, доставлять врача Жогова из обозначенного места на левом берегу Хопра.
Полвека хирург райбольницы держал скальпель в руках, которые в народе называли золотыми. А тех, кому повезло попасть на излечение к Жогову, называли счастливчиками.
Сам себя он полушутя-полусерьезно называл деревенским простачком, намеренно вставляя в свою обычно грамотную речь словечки из местного казачьего диалекта, чем мог рассмешить любого, даже в кругу высокопоставленных чиновников.
Действительно, родом он из села Троицкого Воронежской области, граничащей с нашей. Родители — простые крестьяне, трудолюбивые, а потому имевшие большое подворье. За него-то они чуть не загремели в Сибирь при раскулачивании в тридцатых годах. Да вовремя многодетная семья сбежала из села, нагрузив тележку скарбом. Проезжая через торговую станицу Урюпинскую, расположились на ночлег да и решили тут осесть.
Бывшая санитарка приемного покоя ЦРБ В. М. Прохоркина, работавшая много лет при заведующем хирургическим отделением
В. Ф. Жогове (в 60-е годы он отказался от должности главврача больницы) рассказывала: «Видать, я так долго живу, что хорошо помню мать и отца Василия Фёдоровича. Ох и трудяги были старики! Четверых детей подняли в голодные годы. В них Василий пошел характером. Василий Фёдорович был добрым человеком, никогда не обидит другого. Держал себя просто, потому все к нему тянулись. С ним дружили даже профессора…»
Сам Василий Фёдорович вспоминал, что отец настойчиво хотел видеть своего Ваську летчиком. Но как-то совершенно случайно не зачислили того в летное училище. Вот и не верь после этого в волю случая…
ВСЮ ЖИЗНЬ УЧИТЬСЯ
«Я сын крестьянский, — любил повторять Василий Фёдорович. — Прислуживать не умею. А служить медицине готов всегда». И он действительно служил ей. Получив теоретические знания в институте, он всю жизнь оттачивал их на практике. Хороший хирург — это грамотный хирург, который всю жизнь учится, нарабатывает опыт, навыки, ищет новые знания. Сегодня даже представить невозможно, как врач обнаружит без рентгеноскопии перелом конечности или тазобедренного сустава. Но у Жогова был глаз — алмаз и особое внутреннее чутье.
Он обладал каким-то внутренним зрением и порой не тратил драгоценное время на традиционные методы обследования. Чуткие пальцы пальпировали больного, и младшие коллеги, порой сомневающиеся в такой практике диагноза органов брюшной полости, в конце концов соглашались: прав оказывался хирург Жогов. Выходит, божьим даром был наделен человек. Однако врожденного таланта мало. К нему прилагались и иные качества.


ТО БЫЛО ВРЕМЯ
ИСКАТЕЛЕЙ…
Вообще те годы были временем другой медицины, да и вообще другого отношения к делу. Сколько людей у нас в городе помнят имена врачей, в том числе и хирургов, которые всю жизнь были искателями, новаторами, людьми, крайне заинтересованными в том, чтобы не просто разрезать и зашить, а чтобы больной был действительно здоров и лечение прошло без последствий. Василий Фёдорович сам был таким и того же требовал от окружающих.
А вот с больными он был легок и прост в общении. Обход послеоперационных палат всегда сопровождался веселыми побасенками, анекдотами. Шутя, доктор делал главное в этот момент — переключал пациента с болезни, давал ему добрый настрой, и хворь отступала. «С утра зайдет — и весь день жить хочется!» — говорили о нем пациенты в палате.
В его практике были не только переломы и аппендициты. Приходилось оперировать и проводить послеоперационное лечение больным с другими заболеваниями, в том числе с онкологией. Тут особенно важна была врачебная поддержка и сострадание. Бывало, доктор рисковал, боялся последствий операции, а случалось, что даже плакал, если спасти человека не удавалось. Хотя слез никто не видел — он закрывался в кабинете. О сокровенном он мог поведать только самым близким, дочери, которая пошла по стопам отца, став врачом-кардиологом.
К шестидесяти годам его здоровье тоже стало пошаливать: работал без отдыха. В последние годы вся его жизнь почти целиком свелась к работе — Василию Фёдоровичу даже выделили в больнице кабинет, где он, возвращаясь с дежурства, отдыхал и снова шел в палату — дежурство продолжалось. Поговаривали, что он и зарплату порой получать забывал, а больница стала ему вторым домом. Всю жизнь живший довольно скромно, он не носил дорогих костюмов и жил всегда довольно скромно.

ОСТАВИТЬ СЛЕД…
Говорят, что он был влюбчив. Несколько раз пытался создать новую семью. Но истинная причина того, что не складывалось у него в личном плане, объясняется другим: Василий Фёдорович был предан любимой профессии и женам с ним не было комфортно. Ведь он пропадал в больнице, выезжал на конференции, практикумы. И часто в больших аудиториях приводили в пример хирурга из Урюпинска, результаты работы которого отражались в главной цифре — минимальной смертности. «Это называется клинически мыслить, — поясняют феномен успеха В. Ф. Жогова бывшие коллеги по медицинской службе. И добавляют, что к этому умению, конечно, были у него еще талант, знания и опыт. Потому к нему тянулись единомышленники и он делился опытом с каждым, кто хотел быть настоящим хирургом. Зато не разделяли его отношение к работе те, кто тяготился дежурствами и свою зарплату считал недостойной…
В. Ф. Жогов, с 43 лет носивший звание «Заслуженный врач РСФСР», за шестьдесят лет работы в медицине так и не нажил состояние. Он ушел из жизни в 87 лет, оставив детям в наследство просторный дом и двор, славу отличного хирурга, в честь которого названа Урюпинская центральная больница. Его дело продолжили дочь, зять и внук. Семья Желободько гордится профессией врача, а урюпинцы с особой гордостью рассказывают при случае о том, какой жил и работал в городе замечательный хирург-целитель, которого знали далеко за пределами области.
Н. ФЕДОСОВА.

НА СНИМКАХ: хирург В. Ф. Жогов, заслуженный врач РСФСР в рабочем строю (слева).

BLOG COMMENTS POWERED BY DISQUS