16+
  • $:65.9931
  • €:74.9022
Пн 19 ноября, 00:05, -7°C, ясно

Картины, рожденные душой

Этого человека в Эрмитаже, Лувре, музее Ван Гога и Рубенса, возможно, запомнили смотрители. Очень уж близко и долго рассматривал он шедевры мирового искусства. Смотрители, видимо, боялись, что он что-нибудь испортит, а он просто  учился у великих мастеров творить. Этим мужчиной был наш земляк, урюпинский художник Александр Харламов.

Чтобы понять душу художника, нужно увидеть, как он работает, как он переживает каждый свой мазок, как при этом меняется его лицо. Оно становится то напряженным, то вдруг создается впечатление, что человек находится где-то в другом, неизвестном нам мире.
Александр Харламов не профессиональный художник. Сам себя он называет самоучкой, категорически отрицая слово «любитель».
— Любитель — это тот, кто нарисовал две-три картины для себя и долгими зимними вечерами любуется ими. Я рисую для людей и занимаюсь этим практически всю жизнь, не имея при этом художественного образования, поэтому называю себя самоучкой, — поясняет он.
Александр Яковлевич — профессиональный военный, служил в разных точках большой страны, преподавал в Тбилисском высшем военном училище. Имеет правительственные награды за участие в боевых действиях в Чечне. А вот как он сам рассказывает о своей другой жизни — жизни художника:
— Когда я был младшим школьником, познакомился с мальчишкой на несколько лет старше меня. Он часто выходил во двор, где подолгу занимался рисованием. Я, увлеченный его работой, сам стал рисовать. Рисовал карикатуры в школьную стенгазету и со временем стал мечтать о профессиональном художественном образовании.
Александр Яковлевич на некоторое время замолкает и достает пожелтевшую газету со стихами своего отца.
— Отца не стало, когда я учился в третьем классе, — продолжает он. — Став художником, я не смог бы зарабатывать на жизнь. Продавать картины в то время было сложно. И я решил стать военным. Там выдавали форму, обеспечивали питанием. Многие мальчишки, оставшиеся без кого-то из родителей, выбирали этот путь. Позже я узнал, что тот дворовый художник тоже стал военным, у него не было отца.
Казалось бы, военному человеку особенно не до искусства, но он продолжал рисовать. В военной академии использовал свободное время для занятий любимым делом. Находил время и когда служил в армии. Плюс читал необходимую литературу. Когда ушел в отставку, времени стало гораздо больше. На материалах не экономит: использует хорошие льняные холсты, грунты делает сам. Это он перенял у тех великих, работы которых рассматривал в знаменитых музеях Европы.
Когда Александр Яковлевич стал показывать свои работы, я обратил внимание на то, что на некоторых из них фрагменты замазаны.
— Это я старые свои картины переделываю, — пояснил художник. — Со временем что-то перестает нравиться.
Я переходил от одной работы к другой, поразил пейзаж «Хопер у хутора Захоперского». Сколько закатов над Хопром я видел, а такого, как на картине Александра Харламова, не встречал никогда. Казалось, работы рождены душой.
В начале сентября на областном фестивале творчества ветеранов, где Александр Яковлевич стал лауреатом, маститые эксперты сравнивали его ни много ни мало с Куинджи, известным русским пейзажистом.
— Чем же я похож на него? — удивляется Александр Харламов. — Разве только тем, что знаменитый мариупольский художник тоже не имел профессионального образования.
Наверное, немножко лукавит, ведь эксперты просто так говорить не будут, к тому же рисует он больше тоже пейзажи, только наши удивительные хоперские, и работы его без преувеличения хороши.
Д. ВЛАДЫКИН.

BLOG COMMENTS POWERED BY DISQUS